О навыках

Есть такое племя — морские цыгане. Они живут в деревнях, построенных на сваях в море, на мелководье. Питаются тем, что добудут в море. Их дети учатся плавать раньше чем ходить. Когда это племя стали изучать, обратили внимание, что дети, собирающие под водой на глубине мелкие ракушки, легко отличают ракушки от камушков такого же цвета и формы. Для глаза европейца это невозможно, мы не видим под водой четко без маски, потому что глаз адаптирован к показателям преломления воздуха, а не воды. Офтальмологи стали изучать зрение морских цыган и выяснили, что их дети научаются сознательно изменять диаметр зрачка, сужая зрачок под водой. Сужение зрачка вызывает увеличение резкости изображения. Попробуйте проделать такое — ничего не выйдет.

Морские цыгане выжили во время цунами 2004 года. Когда их спросили, как им это удалось, они сказали, что отметили необычное поведение морских волн (уменьшился уровень воды и ослабели волны) и уход на глубину дельфинов. В их легендах эти явления были описаны как приметы приближения «волны, пожирающей людей», поэтому они уплыли на глубину. И спаслись. А рыбаки из живущих на суше племен погибли.

Получение определенных интеллектуальных навыков ухудшает развитие определенных других способностей, каждый навык препятствует развитию группы других. Вменяемое образование возможно, когда преподаватель представляет, что именно он развивает и что угнетает на каждом шаге. Чему препятствует обучение письму, чтению, счету. Что именно подавляет визуальное мышление, с чем связано нарушение музыкального восприятия и т.п. Например, хорошая ассоциативная память мешает развитию абстрактного мышления. Недостаток памяти заставляет перейти к более абстрактному мышлению, но высшие уровни абстракции будут закрыты именно недостаточностью памяти. Сложные зависимости между разными «путями интеллекта», которых — несколько, которые разветвляются и иногда сливаются, от каждого пути отделяются несколько путей редукции данной функции и частичной компенсации-восстановления её особыми средствами с выходом на следующий уровень, но с иными возможностями — совершенно неисследованная тема. Не говоря о том, что тело влияет на мышление; то, что человек ест и пьёт, как проводит время — сказывается на возможностях мышления, и тем более — культура, к которой принадлежит человек. Там имеются сложные зависимости и компенсации, некоторые грани можно перейти, сняв ограничения — но это требует трудов. Это — важнейшая тема свободы мышления, насколько человек сам владеет своими мыслями. Свобода мышления сильнейшим образом ограничена — не только тело, пища и культура, биохимия и диета, ее ограничивает язык; структура желаний; сила или слабость воли. Умение сознательного мышления доступно далеко не всем, для большинства мышление — штука непроизвольная и интуитивная, причем среди таких людей могут быть и очень умные (как рождаются люди очень сильные от природы), но эти люди не обладают свободой мышления. И вся эта сложнейшая картина завалена грязью непонимания и иллюзий, создающая общий фон якобы однородной интеллектуальной способности.

То, чему мы учимся и что делаем постоянно, формирует нас, и оно же нас разделяет. Времени мало, и настоящая многогранность невозможна. Но можно не тратить времени на то, что тебя не меняет. Не читать стопятьдесятпервую книжку про чувства. Не смотреть кино о том, о чем уже и так знаешь. Не ходить спорить в посты о вечных ценностях. Не реагировать в письменной форме на текущие политические события. Не обсуждать моральные качества других людей. Не следить за модой. Не собираться в «общества взаимного восхищения».

catta.livejournal.com